145348 Финансист раскрыл подробности международной сделки ➨ Читайте больше на NUR.KZ Экономика и бизнес

Как на самом деле продавали "МангистауМунайГаз"

Сегодняшняя ситуация со скандалами, которые раздувают диссиденты, в короткий срок ставшие владельцами состояний, насчитывающих сотни миллионов долларов, абсолютно не похожа на то, что было в лихие "нулевые" годы.

Как на самом деле продавали "МангистауМунайГаз"
Фото: finance.rol.ru

На выпады сбежавших от правосудия "физиков-лириков" никто не отвечает, ибо собака лает, а караван идет.

Тем не менее стоит иногда открывать глаза аудитории на то, где правда, а где вымысел. Ситуация с возвращением в Казахстан доли в пятой по размерам добычи нефтекомпании заслуживает этого.

О подробностях покупки Казахстаном компании "МангистауМунайГаз" нам рассказал финансист, пожелавший не афишировать себя. Назовем его Марат Б.Я долго наблюдал за той истерикой, что развернул в собственных СМИ Мухтар Аблязов, пытаясь найти "компромат" в деятельности "КазМунайГаза" (КМГ) и обвинить в злоупотреблениях лично председателя совета директоров КМГ Тимура Кулибаева. Руководство КМГ, по моему мнению, избрало абсолютно верную тактику – не вступать в дебаты с клеветником. Ведь именно как клеветнические можно охарактеризовать все обвинения Аблязова. Поскольку ни одно из них не подкрепляется фактами, они являются домыслами, сознательно тиражируемыми для того, чтобы опорочить нацкомпанию.

Аблязов просто пошел по проторенному многими клеветниками и шантажистами пути

Пока финполиция проверяет все сделки КМГ, упомянутые в письмах Аблязова, – а это процесс длительный – у многих наших сограждан может сложиться неправильное впечатление, что "дыма без огня не бывает" и что какие-то из домыслов проворовавшегося банкира могут иметь под собой реальную основу. Аблязов просто пошел по проторенному многими клеветниками и шантажистами пути: много говорить о нечестности своего врага, и, даже когда все обвинения будут опровергнуты подчистую, "осадок останется".

Поэтому я решился написать подробное письмо – я имел непосредственное отношение к переговорам и к самой сделке по покупке "МангистауМунайГаза" (ММГ). Мне, как и нынешнему руководству КМГ, скрывать абсолютно нечего. Все, что было сделано, делалось исключительно в интересах нашего государства, и по-другому просто быть не могло, учитывая уровень контроля, который осуществляется за деятельностью КМГ. Я не могу раскрывать своего имени, поскольку некоторые (особенно это касается китайской стороны) из участников сделки могут расценить это как разглашение конфиденциальной информации, а ведь любая подробная информация о крупных сделках является закрытой. Но моя совесть чиста, поскольку уже до меня Аблязов неизвестными путями добыл и обнародовал некоторые из подробностей, причем сильно "раскрасил" их своими домыслами.

И ладно бы, если все эти ложные подозрения возникли бы под пером журналистов, финансируемых Аблязовым, – они ведь не специалисты в финансовых делах, никогда не сталкивались с работой по крупным сделкам и являются дилетантами в вопросе. Но так ведь нет – эти, зачастую комичные, обвинения выдвигает сам Аблязов, который является – ну или по крайней мере должен являться – грамотным финансистом, ведь он возглавлял крупнейший банк страны!

Но давайте обо всем по порядку.

Во-первых, сама по себе сделка по приобретению у Central Asia Petroleum (CAP) компании "МагистауМунайГаз" является огромным достижением КМГ и всего нашего государства, мы шли к этому несколько лет. Переговоры начались в 2006 году и с переменным успехом продолжались почти три года. К этому времени ММГ оставался единственным нефтедобывающим активом в стране, который находился в частной собственности, и был практически не подконтролен государству. Учитывая, какую роль играют доходы от нефтедобычи в формировании бюджета страны, – это вопрос архиважный.

Сама по себе сделка по приобретению у Central Asia Petroleum (CAP) компании "МагистауМунайГаз" является огромным достижением КМГ

И все это время, начиная с 2006 года, когда компания-продавец принципиально согласилась продать актив, на нас выходили китайцы из CNPC с предложениями о партнерстве в сделке. Их интерес понятен: китайская экономика растет бурными темпами и остро нуждается в стабильных источниках поставок нефтепродуктов. Но китайцы всегда получали от КМГ отказ, поскольку общая ситуация на рынке нефтепродуктов была очень оптимистичная, цена на нефть росла и свободная ликвидность КМГ позволяла осуществить сделку самостоятельно.

В ходе переговоров стороны привлекли ведущие международные компании в своих сферах в качестве консультантов. Даже сами имена этих компаний говорят о том, что они не допустили бы никакой сомнительной сделки, их репутация стоит дороже любых возможных дивидендов. Так, КМГ привлек следующих консультантов: RBS Corporate Finance – инвестиционный банк; ТОО "Price Waterhause Coopers Tax&Advisory" – финансовый и налоговый консультант; Gaffney, Cline & Associates – технический консультант; Norton Rose LLP – юридический консультант; Amec – экологический консультант.

В свою очередь продавец, компания CAP, привлек: Ernst&Young – финансовый консультант; Morgan Stanley; Goldman Sachs, JP Morgan – инвестиционные банки; Scadden Arps – юридический консультант.

Позднее, когда КМГ был все-таки вынужден согласиться на партнерство с CNPC (на этом я остановлюсь ниже), китайцы также привлекли консультантов: Deloitte – финансовый консультант; City Bank – инвестиционный консультант; Dewey&Leboff – юридический консультант.

И что же получается, заключения 11 компаний с мировыми именами, которые зарабатывали и подтверждали свою репутацию десятилетиями, где трудятся высокопрофессиональные специалисты, выпускники Гарварда и Кембриджа, не стоят ничего по сравнению с "внезапным озарением" ранее судимого Мухтара Аблязова, в свое время даже не сумевшего окончить аспирантуру?

Мне и раньше доводилось слышать о, мягко говоря, не совсем адекватных амбициях и само-оценке Аблязова, но, чтобы он это вот так, перед всем народом, напоказ выставлял, – это уже явная клиника.

Итак, о стоимости ММГ. На начальном этапе переговоров была сделана оценка,– 4,3 млрд долларов. Эта цена была определена группой консультантов (Price Waterhause Coopers Tax&Advisory и Ernst&Young) на основе аудированной отчетности ММГ за 2007 год.

Если быть совсем точным, то цена была определена в 5,5 млрд – но здесь аблязовским писакам рано радоваться. Столько стоила вся сделка, включая Павлодарский НПЗ. Этот нефтеперерабатывающий актив нам необходимо было приобрести в любом случае и при любых условиях, поскольку он является стратегическим и контроль над ним жизненно необходим государству, чтобы не возникало неприятных казусов в период посевной и уборочной кампаний, например.

Так вот, Павлодарский НПЗ был оценен в 1,2 млрд, а в 4,3 – нефтедобывающий актив ММГ.

Переговоры шли очень сложно, но к 2009 году, когда грянул мировой финансовый кризис и резко в 3 раза (!) упали цены на нефть (со 148 долларов за баррель до 50), когда попросту исчезли кредитные рынки, нам удалось наконец договориться с продавцами, понявшими, что дальше медлить с продажей актива нельзя. Причем к тому времени стоимость ММГ значительно снизилась.  В связи с этим мы настояли на снижении цены ММГ с 4,3 млрд до 3,3 млрд, что было подтверждено расчетами и на что в конечном итоге согласились продавцы.  Вот здесь и появилась первая публичная цифра 3,3 млрд долларов США, но не за 50%, как утверждает Аблязов, а за всю компанию ММГ.  Аблязов, будучи финансистом, прекрасно должен себе представлять, как образуется стоимость компаний и как она может меняться со временем. Так что над его эскападами по поводу оценки стоимости ММГ можно только посмеяться.

Переговоры шли очень сложно, но к 2009 году, когда грянул мировой финансовый кризис и резко в 3 раза (!) упали цены на нефть

Разумеется, основными факторами, влияющими на стоимость нефтедобывающей компании, являются оценка разведанных объемов нефти и собственно цена нефти, добываемой на месторождениях компании. О катастрофическом падении цен на нефть я уже писал выше. Да это, к тому же, очевидная вещь даже для людей далеких от нефтегазовой сферы и финансов… Но цена на сырье – фактор изменчивый, зависимый от состояния рынка. При расчете стоимости ММГ учитывалась оценка технического консультанта КМГ – компании Gaffney, установившей, что подтвержденными рентабельными запасами ММГ на лицензионный период (до 2021 года) могут считаться 62,9 млн тонн нефти. С этой оценкой согласился и продавец – компания CAP (хотя изначально она придерживалась аудиторского заключения компании "The Skotia Group, inc.", которое было основано на методологиях разработки месторождений, запрещенных на территории РК, и не учитывало лицензионный период на разработку месторождений), и партнер по сделке – китайская CNPC, чьи оценки полностью совпали с оценками консультантов КМГ.

Итоговую оценку представил The Royal Bank of Scotland, который на основе анализа, проведенного Price Waterhause Coopers Tax&Advisory, Gaffney, Cline & Associates, Norton Rose, составил финансовую модель ММГ с учетом детальных расчетов ее фактических и прогнозных показателей, по результатам которой была определена справедливая рыночная стоимость (на основании due diligence – надлежащей проверки) ММГ в размере 3,3 млрд долларов США на конец 2007 года, которая в дальнейшем была откорректирована до 2,6 млрд на дату приобретения (price adjustment mechanism).

А вот теперь о том, как нам удалось значительно снизить стоимость приобретаемого актива в ходе переговоров. Целью этой самой корректировки цены, определенной консультантом – RBS, было объективное изменение цены акций ММГ с учетом изменения финансового положения компании за период с 31.12.2007 (на этот период была предоставлена аудированная отчетность) по 31.12.2008, когда переговоры близились к завершению. Расчет был произведен Price Waterhause. Так вот, за этот период ММГ выплатил значительный объем дивидендов своим акционерам, в результате чего собственный капитал компании ММГ снизился с 66 млрд тенге до 6, а вот обязательства, наоборот, возросли на 33 млрд тенге.

Таким образом и произошло снижение цены на 700 млн долларов.

Опять же непонятна логика Аблязова, упрекающего КМГ в том, что мы достигли такого значительного успеха – сумели опустить цену покупаемого актива на сотни миллионов! Тем более смешно это звучит в свете его утверждений, что Кулибаев был одним из акционеров ММГ до продажи актива. Надлежащая проверка (due diligence) нашего юридического консультанта Norton Rose LLP не установила причастность Тимура Кулибаева к ММГ. Да это, по большому счету, было и неважно – установление конечных бенефициаров сделки не требуется ни казахстанским, ни международным законодательством. Ведь главное – проверить саму компанию-продавец на предмет соблюдения ею законов. А это было сделано нами, китайцами, нашими консультантами и консультантами CNPC неоднократно. Тем более что на тот период Кулибаев еще не был председателем совета директоров КМГ (эту должность он занял 21 июня 2009 года). Аблязов же вопреки фактам утверждает обратное.

По логике Аблязова выходит, что Кули

Источник: Литер

Заметили ошибку на сайте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter или Cmnd+Enter


Ваша реакция

Спасибо за ваше мнение

Вы уже голосовали

Читайте также

Загрузка...


Комментарии 13

Содержание комментариев к новостям не имеет никакого отношения к редакционной политике NUR.KZ. Мы не несем ответственность за форму и характер выставляемых комментариев. Просьба соблюдать установленные правила .